КАФЕДРА ОБЩЕЙ ПСИХОЛОГИИ

РЕФЕРАТ

НА ТЕМУ:

ПСИХОЛОГИЯ ДРУЖБЫ И ЛЮБВИ В ЮНОШЕСКОМ ВОЗРАСТЕ

ВЫПОЛНИЛ: СТУДЕНТ II КУРСА ФИЯ

БОРИСОВ РУСЛАН

НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ: ЗАВ. КАФЕДРОЙ ОБЩЕЙ ПСИХОЛОГИИ,

ДОЦЕНТ КИСЛОВА Г.И.

ГРАНИЦА: ДРУГ – ПРИЯТЕЛЬ.

ЛЕГКО ЛИ НАЙТИ НАСТОЯЩНГО ДРУГА?

КОГО ВЫБИРАЮТ В ДРУЗЬЯ.

ОСОБЕННОСТИ ДЕВИЧЬЕЙ ДРУЖБЫ

ЧТО РАНЬШЕ?

ЛЮБОВЬ. ЛЮБОВЬ – СТРАСТЬ.

ЛЮБОВЬ – ДРУЖБА.

ЛЮБОВЬ: ВОСТОК – ЗАПАД.

«Первое чувство, к которому восприимчив заботливо воспитанный юноша – это не любовь, а дружба».

Ж.-Ж. Руссо.

Дружба – важнейший вид эмоциональной привязанности и межличностных отношений юношеского возраста. Очень часто можно услышать мнение, что под влиянием выросшей мобильности общества, ускорение ритма жизни и расширения круга общения дружеские отношения современной молодёжи становятся более поверхностными и экстенсивными, что дружба вытесняется широкими приятельскими отношениями, основанными на общности интересов и т.д. Высшие нравственные ценности – а дружба во все времена считалась таковой – всегда были дефицитными. Психологические закономерности юношеской дружбы – будь то её идеал или реальные свойства – отличаются удивительной устойчивостью и проявляются в самых различных социальных и культурных средах. Другое дело, что дружба разных людей никогда не бывает одинаковой, а имеет возрастные, половые и индивидуально-типологические вариации.

Возрастная динамика дружбы, как и прочих межличностных отношений, измеряется прежде всего степенью её избирательности, устойчивости и интимности. Рост потребности в интимном общении неизбежно психологизирует понятие дружбы. Все эти качества с переходом от детства к отрочеству и от отрочества к юности возрастает. Если школьники и младшие школьники не разграничивают дружбу и товарищество, то подростки уже считают дружбу исключительным, индивидуальным отношением. Группе подростков было дано такое задание: дописать незаконченное предложение: «Друг и приятель не совсем одно и то же, т.к…» Некоторые подчёркивали близость и доверительность дружбы(«друг знает о тебе всё», «с приятелем никогда не поделишься тем, что доверяешь другу»). Остальные отмечали большую прочность, устойчивость дружбы («друга выбирают на всю жизнь»), взаимопомощь («приятель подведёт, друг – никогда(!)) Ещё более рельефную картину даёт распределение ответов по предложению: «Друг – это тот, кто…» В предложениях не связанных рамками сравнения, преобладают два мотива: требование взаимопомощи и верности и ожидание сочувственного понимания со стороны друга. Если дружба и приятельство разграничиваются более или менее строго, то число друзей не должно быть особенно велико, один – два максимум. Эта гипотеза находит своё подтверждение. Число друзей с 7 по 10 классы уменьшается, а приятелей – возрастает. Это свидетельствует о растущей индивидуализации и избирательности дружбы. Рост избирательности дружеских отношений сопровождается ростом их устойчивости, поэтому самый важный сдвиг в психологии дружбы переходного возраста – рост её глубины и психологической интимности. В сфере межличностных отношений это выражается в росте терпимости: ссора, которая у младших подростков означала бы конец дружбы, в юности воспринимается как частность, которой можно пренебречь ради сохранения более глубокой общности.

Юношеская дружба по своей природе полуфункциональна, этим в первую очередь объясняется многообразие её форм: от простого совместного времяпрепровождения до глубочайшей исповедности и самораскрытия. Но в отличие от групповых отношений, в основе которых лежит какая-то совместная деятельность, дружба является прежде всего эмоциональной привязанностью. Психологическая ценность юношеской дружбы в том, что она есть одновременно школа самораскрытия и школа понимания другого человека.

Очень интересно, какой тип alter ego (второе «Я») выбирают старшеклассники. Юноши и девушки 15 – 16 лет тянутся к старшим, жадно вслушиваются в их слова и всматриваются в их поведение. Дружба со взрослыми для них дорога и желанна. Потребность в эмоциональном контакте со старшим иногда принимает форму страстного увлечения, когда во взрослом видят живое воплощение идеала. Но потребность в дружбе со сверстником ещё сильнее. Отвечая на вопрос: «Человека какого возраста вы предпочли бы иметь своим ближайшим другом – старше себя, своего возраста или младше?» - юноши всех возрастов отдают решительное предпочтение сверстнику (75-80% всех ответов), реже – старшему (от 11-12 до 18-19%) и совсем редко (от 1-4%) младшему. У девушек на первом месте тоже стоит ровесница, однако девушки значительно чаще, чем юноши отдают предпочтение старшим, а младших же не выбирают вовсе. Каков психологический смысл этих рассуждений и ориентаций? Возраст «идеального друга» приоткрывает некоторые, не всегда осознаваемые психологические потребности. Ориентация на сверстника говорит о стремлении к более или менее равным отношениям. Дружба с ним основывается на принципе сходства и равенства: «С другом моего возраста мне легче общаться»; «Ему можно всё сказать, не боясь насмешек»; «С ним я свободней, я могу показаться ему как есть, не стараясь выглядеть умнее». Выбор более старшего друга выражает, напротив, потребность в примере, опеке, руководстве. Здесь преобладают ссылки на то, что: «Старший может служить образцом»; «Может поделиться опытом, рассказать о том, чего я ещё не знаю»; «На него можно положиться», т.е. подчёркивается момент зависимости. Но почему так редко встречается ориетация на младшего? Потребность в общении с младшим, желание быть вожаком у них, делиться опытом, опекать отнюдь не редкость в юношеском возрасте. Общение с младшим, позволяя юноше проявить положительные качества и почувствовать себя взрослым и значительным, благотворно влияет на его самоуважение.

Но как ни приятно юноше чувствовать себя сильным и нужным, этот тип отношений всё-таки не отвечает его представлению о дружбе. Хотя общение с младшим и важно, оно воспринимается скорее как дополнение дружбы со сверстниками, чем как её альтернатива. У тех, кто дружит исключительном с младшими, выбор в большинстве случаев вынужденный. Либо это следствие отставания в развитии, когда по кругу интересов и поведению юноша объективно ближе к младшим, чем к сверстникам, либо результат каких-то психологических трудностей: застенчивости, боязни соревновательности, особенно свойственной мальчишеским компаниям, несоответствия уровня притязаний и возможностей и т.п. Перенос эмоциональной привязанности на младших в этом случае компенсаторный.

Дружба занимает исключительное, привилегированное место в ряду юношеских привязанностей. На вопрос: «Часто ли встречается настоящая дружба среди ваших сверстников?» от 45 до 72% старшеклассников ответили, что редко, причём доля оптимистических ответов снижается. Это говорит прежде всего о повышении уровня требований к дружбе о об усложнении её критериев. Психологическая близость с друзьями, мера приписываемого им понимания и собственной откровенности ними в юности максимальна и значительно превосходит все прочие взаимоотношения. От друга юноша ждёт не только оценок близких к его собственной самооценке, но и превышающих её. В действительности всё происходит точно так же. Это служит косвенным подтверждением мысли о том, что одной из главных неосознаваемых функций юношеской дружбы является поддержание самоуважения личности. Юношеская дружба уникальна так же и в возрастном плане. Как первая самостоятельно выбранная глубокая индивидуальная привязанность, она не только предвосхищает её, но отчасти включает её в себя.

Однако в дружбе юношей отчётливо проявляются и противоречия этого возраста. Известная неопределённость и неустойчивость представлений о собственном «Я» рождают желание проверить себя путём разыгрывания каких-то несвойственных ролей, рисовки, самоотрации. Юноша страдает от того, что у него не хватает средств и возможностей выразить свой внутренний мир. Но беда не столько в недостатке средств, сколько в реальной неясности, незавершённости своего «Я». По этому поводу метко выразился американский психолог Э. Дауван, сказав: «Юноша не выбирает дружбу, его буквально втягивает в него». Нуждаясь в сильных эмоциональных привязанностях, молодые люди подчас не замечают реальных свойств их объекта. При всей их исключительности, дружеские отношение в таких случаях обычно кратковременны. «Людей выбирают в качестве объектов, а затем бросают, нисколько не заботясь об их чувствах, заменяя другими лицами. Оставленные объекты быстро и полностью забываются, но форма отношения к ним обычно воспроизводится в отношении к новому объекту вплоть до мельчайших деталей, с точностью, похожей на одержимость. Юность эмоциональна; старшеклассники бурно увлекаются новыми людьми, идеями, делами. Хотя эти увлечения порой непродолжительны, они помогают в короткий срок пережить и освоить много нового. Сам того не желая, юноша превращает в объект наблюдения не только других людей, но и собственные чувства и переживания. Даже в первой любви его увлекает не столько объект, сколько собственные переживания по этому поводу. Подростковый и юношеский эгоцентризм суживает возможности межличностной коммуникации, порождает своеобразную псевдоинтимность, когда при внешней близости друзья фактически не слышат друг друга. Однако это связано с какими-то новыми моментами в жизни подростков и при частом искреннем общении повышается самораскрытие и понимание юношами друг друга. Безудержная откровенность очень ценится в начале дружбы, но в момент ссоры интимные признания используются для того, чтобы глубже уязвить друг друга. Психология юношеской дружбы тесно связана с особенностями личности. Коммуникативные свойства весьма устойчивы. Прежде всего надо отметить половозрастные особенности. Судя по имеющимся данным, потребность в глубокой интимной дружбе возникает у девочек в полтора-два раза раньше, чем у мальчиков, и девичья дружба вообще более эмоциональна. Девичьи критерии дружбы тоньше, более насыщены психологическими мотивами, чем юношеские, девочки чаще испытывают дефицит интимности. Мотив понимания в определения дружбы выражен у девочек в всех возрастах более сильнее, чем у мальчиков, да и само это слово они наполняют не совсем одинаковым содержанием. В общении с подругами у девушек сильнее, чем у юношей, звучат интимные темы. Эти различия весьма существенны, но нужно подчеркнуть, что они являются не только половыми, а половозрастными. Дело не только в том, что женщины вообще более эмоциональны, придают большее значение межличностным отношениям и больше склонны к самораскрытию, чем мужчины, но и в том, что девочки раньше созревают, у них раньше проявляются сложные формы сознания, а следовательно, и потребность в интимной дружбе.

Индивидуально-типологические особенности дружбы, проявляющиеся, в частности, в степени её глубины и исключительности, изучены слабо. Важным фактором является, по-видимому, темперамент; импульсивные люди легче раскрываются перед другими, и это вызывает ответный эмоциональный отклик, облегчая установление дружеского контакта. Есть люди, у которых потребность в психологической дружбе вообще мало развита; это бывает следствием не только эгоизма или эмоциональной бедности, но и гипертрофии мотива достижения: человек, целиком поглощённый предметной деятельностью, уделяет меньше внимания собственным переживаниям и окружающим людям.

Одна из самых распространённых проблем юношеского возраста – застенчивость, однако благоприятный внутриколлективный климат и интимная дружба помогают юношам и девушкам преодолеть застенчивость и имеют в этом смысле большую психотерапевтическую ценность.